Horse Lifes

Я подумал, что оплакивать Соню двадцать шесть лет спустя слишком поздно, но, может быть, никогда не поздно сделать это так.

– Она любила шутки, – сказал он. – Всегда была не прочь посмеяться.

– Да.

– Ридли рассказал мне, что они сделали. – Боль этого давнего разоблачения прорезалась в его беззаботном голосе. – Я едва не убил его. Я порол его. Бил его. Хлестал его жокейским кнутом. Всем, что попадалось мне под руку. Я избил его до потери сознания.

– Это было горе, – отозвался я.

– Гнев.

– Схожие чувства.

Джексон невидящими глазами смотрел в прошлое.

– Я пришел к Валентину, чтобы спросить его, что мне делать, – произнес он. – Валентин всем нам был как отец. Такого хорошего отца не было ни у кого из нас. Валентин любил Соню как дочь.

Я ничего не сказал. В любви Валентина к Соне не было ничего отцовского.

– Что сказал Валентин? – спросил я.

– Он уже знал! Пол рассказал ему. Пол сломался так же, как и Ридли. Пол рассказал своему дяде все. Валентин сказал, что все они могут жить с тем, что совершили, или пойти в полицию… и он не может выбрать за них.

– Валентин знал, что Родди Висборо был там?

– Я говорил ему, – прямо сказал Джексон. – Соня была тетей Родди. И какого бы рода сексуальную оргию они ни затевали – я имею в виду, конечно, что ничего подобного не было, забудьте, что я это сказал, – Родди не мог быть втянут в это. Они сказали, что это было невозможно. Она была его тетей!

– Вы все хорошо знали Валентина, – промолвил я.

– Да, конечно. Его старая кузница была неподалеку от моего двора, чуть дальше по дороге. Он всегда работал там с лошадьми, и мы заглядывали к нему, все мы. Как я сказал, он был нам вроде отца. Лучше, чем отец. Но все пошло прахом. Я ушел из тренеров, Пол оставил Ньюмаркет и уехал куда-то с отцом и матерью, а Родди занялся показательными скачками… Он хотел быть помощником тренера, но его не взяли на эту работу. А Свин, как я сказал, удрал за границу. А потом переехал и Валентин. В старой кузне прохудилась крыша, и не было возможности починить ее, поэтому он снес ее и продал землю под застройку. Я был там в тот день, когда он смотрел, как строители сгребают хлам, скопившийся за время работы кузницы, чтобы засыпать им старый колодец, находившийся на заднем дворе, потому что он мог представлять опасность для детей, и тогда я сказал, что ничего не будет так, как было прежде. И, конечно, я оказался прав.

– Но для вас все обернулось к лучшему.

– Да, это так. – Он не мог надолго согнать с лица улыбку. – Валентин стал Великим Старцем скачек, а Родди Висборо выиграл достаточно серебряных кубков на своих головоломных трюках. Ридли по-прежнему слоняется без дела, и я время от времени помогаю ему, а Пол женился… – Он умолк, не зная, что сказать дальше.

– А Пол убит, – прямо продолжил я. Джексон молчал.

– Вы знаете, кто убил его? – спросил я.

– Нет. – Он уставился на меня. – Вы знаете? Я не ответил открыто. Я сказал:

– Говорил ли кто-нибудь из них Валентину или вам, кто из них четверых задушил Соню?

– Это получилось случайно.

– У кого получилось?

– Она разрешила им положить руки на ее горло. Она смеялась, они все согласились с этим. Это был некий кайф, но не от наркотиков.