Мы выбираемся на берег и знакомимся с Люком, любителем кошек
Книги и прочее / Лошадиный остров / Мы выбираемся на берег и знакомимся с Люком, любителем кошек
Страница 1

Я никогда раньше не был в кораблекрушениях, и меня очень удивило, сколько времени гибнущее судно держится на плаву. Кабина служила как поплавок, и нос целую вечность оставался над водой. Мы ни разу не заглянули внутрь кабины — не хотели рисковать. Но она, должно быть, еще долго оставалась сухой. Балласт съехал на корму, и там его яростно швыряло из стороны в сторону. Но вот наконец нос задрался кверху, став почти вертикально. Мы изо всех сил вцепились в обшивку кабины, буквально повиснув на руках. К счастью ночь была светлая. По небу неслись рваные клочья туч, и в просветы то и дело выплывала яркая круглая луна. Огромные злые волны, такие безобразные в тусклом свете дня, теперь, в этом мягком сиянии, были очень красивы. Шторм с наступлением ночи пошел на убыль, и нас уже не оглушали свист ветра и грохот волн. Пэт прошептал мне на ухо:

— Шхуну несет прямо к берегу. Если бы не это, надо было бы сию минуту покинуть ее. Но пока она держится, она надежнее, чем старая бочка.

— Пэт, — сказал я, — тебе не страшно?

— Страшно, конечно, — подумав немного, ответил Пэт. — А что толку? Лучше об этом не думать. Знаешь, что я сейчас больше всего хочу? Очутиться дома.

— Тебе не кажется, что ветер слабеет? — спросил я, чтобы переменить разговор.

— Шторм уже выдохся, — ответил Пэт.

— Тогда, может, шхуна и не потонет еще?

Хотя я произнес эти слова, но очень хорошо понимал: надежды нет никакой. Пэт презрительно усмехнулся:

— Еще минута — и брюхо шхуны пропорет дно.

Шхуна походила на пловца, который совсем выбился из сил, повернул к берегу и теперь осторожно пробует достать дно то одной ногой, то другой. Мне нисколько не было ее жалко.

Но вот наконец шхуна пошла ко дну. Спокойно, плавно, как уходящая в воду акула. Мы ожидали этого: заметили, как стал оседать нос. Вода хлынула в кабину, но мы уже давно привязались к бочке, правда так, чтобы можно было легко стряхнуть с себя путы, начни и она тонуть. Наши спутники молча наблюдали за нами и тоже привязались к мачте. Минут за десять до гибели шхуны они спустили на воду мачту, как шлюпку, оседлали ее, и она заплясала на темных, с серебристыми шапками волнах. Не прошло и минуты, как они исчезли из виду. Больше мы не говорили о них и не смотрели в их сторону.

Очень скоро весь корпус шхуны ушел под воду. Еще какое-то время мы ощущали ступнями крышу кабины. Бочка служила отличным поплавком, и мы держались в воде стоймя. Вода, однако, была ледяная. Волны хлестали в лицо, и это было особенно обидно. Зато страха как не бывало; наверное, он у меня весь иссяк, когда меня чуть не смыло с кабины.

Вдруг мы почувствовали, что плывем. Последний закуток в шхуне налился водой, и она камнем пошла на дно.

— Одной дырявой калошей меньше, — мрачно сказал Пэт.

Больше мы не сказали ни слова, берегли дыхание: нам предстояла нелегкая борьба. Бочка нас держала, но все равно приходилось грести свободной рукой, не то мы бы барахтались на одном месте до второго пришествия или пока, совсем обессиленные, не пошли бы ко дну прямо на борт затонувшей шхуны. Хотя мне, признаться, не хотелось бы ни живому, ни мертвому еще раз увидеть ее.

К счастью, начался прилив. Минут десять спустя мы почувствовали, что нас куда-то несет. По-моему, несло нас в сторону далекой Америки. Волны вокруг вздымались, как горы, и берега не было видно, хотя он был где-то неподалеку. Луна все светила, и мы отлично видели друг друга, что немного утешало нас в нашем бедственном положении!

Странное дело: пока мы боролись с волнами, унывать было некогда, но вот ветер стих, волны стали катиться плавно, неторопливо, и на меня вдруг напало глубокое безразличие ко всему. Я глядел на руку, вцепившуюся в веревку: рука была длинная, как весло, и ныла тупой застарелой болью. Внутренний голос уговаривал меня сдаться. Рука твердила: «Разожми пальцы, отпусти веревку, мне очень, очень больно». Уйти вниз, в мягкую, убаюкивающую пучину, и спать, спать…

Я выпустил веревку. Какое блаженство — боль сразу унялась. Но, как только голова моя нырнула в воду, я мгновенно очнулся. К счастью, я был привязан к бочке; дернулся вверх, подняв фонтан брызг, и, отплевываясь, вырвал не только голову, но и плечи из водяного плена. Но в тот миг, когда я сдался и пошел было ко дну, я ощутил под ногами землю.

Страницы: 1 2 3 4 5

Смотрите также

Подстилка — постель для лошади
  Единственный вариант, когда подстилка не нужна — использование резиновых матов. Это квадратные куски прочной резины с длиной ребра полметра. Не уверена, что лошади удобно отдыхать на такой ...

Зачем приглашать на смотрины ветеринара?
  Доверяй, но проверяй. Русская пословица     Каюсь, но своих коней я покупала без осмотра ветеринара. Наверное, мне повезло: мне достались практически здоровые лошади. ...

Рыжие, гнедые, серые, вороные
  Хорошие лошади никогда не бывают плохой масти. Пословица     В сущности, из тех факторов, которые должны влиять на выбор коня, масть — это самый последний. Народные пр ...


Copyright © 2010 - All Rights Reserved - www.horselifes.ru