Бабушкин рассказ и плавание в Росмор
Книги и прочее / Лошадиный остров / Бабушкин рассказ и плавание в Росмор
Страница 3

Пэт хотел что-то возразить, но бабушка так на него взглянула, что он прикусил язык. Она уже так стара, сказала бабушка, что поздно учить ее уму-разуму, а если что с ней случится, тоже не беда, она свой век прожила.

— Вы что думаете, я примирюсь с тем, что перед смертью так и не повидаю мой остров! — воскликнула она, разволновавшись. — Если вы меня не возьмете, я одна туда уплыву.

— Вот этого не надо делать, — примирительно сказал Пэт.

Вид у бабушки был такой, что не оставалось ни малейшего сомнения: при первой же возможности она уплывет на свой остров.

С этим она отпустила нас, и мы отправились на пристань, где Джон с отцом готовили свой парусник к отплытию в Росмор. Жеребенок тем временем пасся на лугу за три поля от дома Конроев. Он заметил нас, когда мы подошли к воротам выгона, и, взбрыкивая тонкими ножками, что было духу поскакал к нам. Ветер раздувал его шелковую гриву и хвост. Старая кобыла, с которой он пасся, лениво подняла голову и невозмутимо наблюдала за ним. Возле нас жеребенок остановился. Пэт ласково погладил его шею, потер лоб, отворил ворота и вывел жеребенка на дорогу.

— Он ведь совсем ручной,-сказал я.

— Знаю, — ответил Пэт. — Я думал об этом всю ночь. Вспомни, как он спокойно сходил по ступенькам в лодку.

— А сейчас так и бросился к нам.

— Я был здесь утром, принес ему ведро молока, — объяснил Пэт. — Но все равно мы только тогда сможем считать его своим, когда узнаем, откуда на острове подкованные лошади.

Последнюю фразу Пэт проговорил быстро, тихим голосом, как будто устыдился своих сомнений после рассказа бабушки. Несколько минут мы шли молча, жеребенок доверчиво бежал между нами. Скоро Пэт опять заговорил, на этот раз в его голосе прозвучало множество разных чувств.

— Я знаю, он мой. И он тоже это знает. У меня сердце разрывается оттого, что надо его отдавать. Но брат дороже, — закончил он решительно, стараясь чем-нибудь себя утешить.

И тут мне пришла в голову одна мысль, которую я тут же высказал Пэту:

— В табуне есть вороная лошадка.

— Да, я ее заметил, — уже спокойно проговорил Пэт.

— Мы можем еще раз съездить на Лошадиный остров. За ней. Мы ведь обещали твоей бабушке свозить ее туда.

— Да, обещали, — как эхо, откликнулся Пэт.

С этой минуты у меня в душе точно огонек затеплился. Мы опять едем на наш таинственный остров! И Пэт сразу изменился. Он даже легонько — первый раз за все время — дернул жеребенка за уздечку, точно понукал самую обыкновенную лошадь. Ему, наверное, захотелось победить свою любовь в вороному коньку, чтобы и новой привязанности нашлось место в его сердце.

Хотя день был солнечный, в небе стояли пухлые, с серой каемкой облака. Берег нас встретил громким криком чаек, летавших взапуски со свежим западным ветром. Джон с отцом уже подняли парус. Он упруго надулся, стремясь вынести лодку в море. Она еще здесь, в бухте, так и танцевала на волнах.

На берегу, как полагается, собрались знакомые и соседи посмотреть, как мы будем отчаливать. Среди провожающих был и Голландец; он молча сидел на швартовой тумбе и жмурился от солнца, как большой добродушный кот. Был здесь и Мэтт Фейерти, без которого не обходились ни одни проводы, ни одна встреча на острове. Из кузни спешил Дерри Фолан, ведя под уздцы наполовину подкованную лошадь: услыхал краем уха, что на берегу собрался народ. Следом за ним спешил хозяин лошади Тим Коркери. Его вид не оставлял сомнений, что он явно предпочитает малолюдство кузни сходке на берегу. Приплелась сюда — о чудо! — и старшая мисс Доил, заведующая почтой. Покинула насиженный уголок за медной стойкой. Маленькая, сгорбленная, сморщенная, она куталась в свое городское пальто, точно свежий воздух был ее лютый враг. Она и ее сестра были не здешние, приехали к нам несколько лет назад из Голуэя. И люди говорили про них, что они задирают нос. Но я всегда думал, что они несчастны, потому что одиноки, но никому этого не показывают, потому что очень горды. К ним редко кто ходил в гости: надо было стучаться и ждать под дверью, когда тебя впустят, а у нас к этому не привыкли. На острове никто никогда не запирался: войдешь в любой дом — иди прямо на кухню, тебе везде будут рады. Их навещал только Голландец, который по очереди бывал гостем у всех инишронцев.

Страницы: 1 2 3 4 5

Смотрите также

Переходы между боковыми движениями
Если лошадь вполне овладела движением плечом внутрь, траверсом и ренверсом, то есть смысл почаще делать переходы от одною упражнения к другому. Тогда лошадь станет более внимательной к средствам уп ...

Вульвит, вестибулит, вагинит
Послеродовые заболевания половых органов у самок вызываются травмами, введением в родовые пути и в полость матки веществ, раздражающих слизистую оболочку, и внесением инфекции руками и инструментами ...

Нутталлиоз
Нутталлиоз – трансмиссивная, протозойная болезнь непарнокопытных, преимущественно лошадей, вызываемая одноклеточным паразитом – нутталлией. Нутталлии – паразиты эри-троцитов, имеющие характерную ф ...


Copyright © 2010 - All Rights Reserved - www.horselifes.ru