Мы привозим с собой жеребенка
Книги и прочее / Лошадиный остров / Мы привозим с собой жеребенка
Страница 3

— Это мы с тобой здорово придумали, если только прилив не отнесет наши бочки в серебряную бухту.

— Если отнесет, придется мне за ними сплавать, ничего не поделаешь, — самоотверженно предложил я.

Плавал я хорошо, однако считал, как, впрочем, и теперь считаю, что в море должны обитать рыбы и прочие морские твари, а вовсе не человек. Кроме того, Атлантический океан в апреле месяце меньше всего располагает купаться, в чем я убедился накануне.

Мы сидели в лодке и наблюдали, как с каждой волной прилив все ближе подступает к бочкам. Приблизительно через час они уже легко покачивались на волнах. Тогда мы отчалили, стараясь не делать резких движений, чтобы как-нибудь нечаянно не испугать жеребенка. Больше всего мы боялись, что при сильном крене он прыгнет в воду и поплывет к родному берегу. Но он совсем освоился и пока не доставлял нам никаких хлопот. На всякий случай я привязал свободный конец уздечки к планширу. А Пэт все время, что мы плыли вдоль берега, гладил жеребенка и нашептывал что-то ласковое. Всякий раз, как лодку подбрасывало на волне, жеребенок почти касался головой гика, при этом он весь съеживался, точно старался уклониться от удара.

К счастью, мне не пришлось плыть за бочками. Поплавок мы выловили без труда; я взял бочки на короткий буксир, и мы легли на обратный курс в сторону Инишрона.

Это было нелегкое плавание. Дул попутный ветер, но корма сильно погрузилась в воду под тяжестью бочек с угрями, и все время казалось, что она вот-вот зачерпнет воду. К тому же мне приходилось одному управляться с парусом: Пэт ни на секунду не мог отнять руку от жеребенка. Вначале мы думали, ничего страшного не случится, если жеребенок прыгнет за борт и поплывет. Но, когда мы увидели, какие тяжелые темные волны преследуют нас, почувствовали, как нелегко идет лодка, мы поняли, что если наш пленник и впрямь прыгнет за борт, то парусник перевернется и всех троих поминай как звали. Все семь миль плавания Пэт не снимал руки с головы жеребенка и все время шептал ему что-то ласковое.

Мы забыли напечь в дорогу картошки — о стольких вещах пришлось думать перед отплытием. Среди снастей мы нашли ржавую банку с водой, но, увидев, что на дне ее обитает целое семейство извивающихся червей, я молча протянул банку жеребенку. Тот сунул в воду свой мягкий нос и всю до капли выпил вместе с не на шутку изумленными ее обитателями.

— Вот счастливчик, никакой брезгливости! — позавидовал Пэт, глядя, с каким удовольствием жеребенок облизывает губы.

Время от времени то я, то Пэт оборачивались и глядели на удалявшийся остров. Его краски и очертания с каждой минутой менялись. Высокий зеленый холм уменьшался, темнел; белый кипящий прибой замер и умолк; исчезли из виду мол с причалом, и вот уже вместо острова — синий бугор на голубом окоеме моря, понизу отороченный белым кружевом; я знал его таким всю жизнь. И как же он не походил сейчас на то благодатное место, где мы провели два дня! Уж не заснул ли я у себя на кухне, разглядывая висящие на стене картинки, и не пригрезилось ли мне все происшедшее во сне, как бывало не раз в детстве?

Но рядом со мной в лодке Пэт, жеребенок и две бочки, полные угрей. Значит, два дня на острове были явью, хотя уже далеко отошли от нас. Впереди был Инишрон, и мы стали думать, что нас ожидает.

— А шхуна Майка все еще здесь, — сказал Пэт. — Я-то надеялся, что к нашему возвращению он уберется отсюда.

— И Голландец здесь, — заметил я, когда мы подошли совсем близко к пристани.

Его серая приземистая, широкая посудина стояла на якоре у самого входа в бухту. У Голландца было, конечно, имя, но никто на острове его не помнил. Сам он был такой же крепкий коренастый, как и его шхуна. Он был очень вежлив со всеми, любил ходить в гости: сядет на кухне, положит на колено фуражку, а мальчишки тут как тут, таращат на него глаза. Носил он всегда черную матросскую фуфайку, подпоясанную черным кожаным ремнем, черные брюки. У него были добрые, спокойные карие глаза, как у тюленя, и во всю голову лысина, которую он прикрывал форменной фуражкой. Никто на острове не знал ни слова его языка, а он не знал ни одного нашего, но это не мешало ни добрым отношениям, ни делу: мы продавали Голландцу пойманных омаров и угрей. Было видно, что ему нравится на Инишроне. Он часто задерживался у нас на день-другой, просто так, безо всякого дела; любил сидеть на молу, греясь на солнышке. Себе в помощники он нанимал кого-нибудь из инишронских парней. В то время с ним на шхуне ходил один наш парнишка по имени Брайен О'Доннел из Темплбриди, поселка, расположенного на противоположной оконечности острова. Брайен рассказывал нам о заграничных портах, описывал удивительные вещи, которые там видел. И мы все отчаянно ему завидовали.

Страницы: 1 2 3 4 5

Смотрите также

Средства управления при выполнении маятника
1. Средства управления при остановке. 2. Начало первого шага назад из стойки. 3. Первый шаг назад. 4. Начало второго шага осаживания. 5. Второй шаг назад. 6. Начало движения вперед из осаживания. ...

Ошибки и способы их исправления
Частая ошибка - слишком высокий подъем переднего отдела лошади, а отсюда зажатая спина и подтягивающиеся назад задние ноги. Таких лошадей нужно заставить опустить шею и закруглить спину. Раскачиван ...

Субинволюция матки
Субинволюция – замедление процесса восстановления матки после родов до состояния, нормального для этого органа у небеременных особей, что происходит из-за многоплодной или переношенной беременности ...


Copyright © 2010 - All Rights Reserved - www.horselifes.ru