Horse Lifes

— Гут! — сказал голландец. — Здесь. Шофер открыл дверь, и Ван дер Трост настоял, чтобы Франсуа вышел первым. «Он принимает меня за потомка Бригоньяна», — подумал польщенный в глубине души Франсуа. «Бентли» медленно развернулся.

— Генрих будет ждать нас на другой стороне, — объяснил Ван дер Трост.

Он достал из кожаного чехла дорогущий фотоаппарат, прикрепил к нему длиннофокусный объектив, отчего невинный аппарат стал похож на маленькую пушку, и тотчас же навел его на башню. Время от времени голландец щелкал затвором и шепотом выражал свой восторг:

— Гут… гут…

Франсуа нравилось, когда кто-то хвалил Кермол, но все же он предпочел бы, чтобы голландец был более сдержан в выражении своего восторга. Однако поскольку Франсуа уже оказался втянутым в эту игру, он сам искал и показывал Ван дер Тросту, что надо снимать.

— Это северо-западная угловая башня. Возьмите ее немного снизу, на фоне вон того облака.

— Да, люблю, хорошо!

— А вот и Маргарита Жауан. Снимите, как она вытрясает ковры. Обратите внимание на прическу…

— Ах! Прическа! Прекрасно! Это для мадам Ван дер Трост.

— Кстати, сегодня вечером приезжают мои родители. Они уже звонили.

— Я восхищен! Я завтра же им представлюсь, если это есть возможно. И может быть… мы будем договориться?

— Может быть.

Франсуа вдруг разонравилась эта охота за видами. Что же это он делает? Ведь он предает Кермол — ни более ни менее. Мальчику стало стыдно, что он сидел в машине будущего владельца Кермола. И именно в этот момент его осенило.

Ведь «бентли» от самой изгороди точно следовал маршрутом лошади-призрака — и даже остановился в том же месте, где и лошадь! А ведь именно там он нашел загадочного раненого…

Конечно, это чистое совпадение! На самом деле, решив ехать в направлении северного крыла, они не могли не повторить тот же маршрут, каким каждую ночь шла лошадь.

Но все-таки это любопытно… Великолепная машина, которую не слышно, и кошмарная лошадь, которую не видно, — может быть, это одно и то же волшебство, проявляющееся то в своем дневном обличье, то в ночном? Без Козыря был достаточно взрослым для своего возраста, но в душе он еще не утратил детской привязанности к сказкам. Эта мысль показалась ему красивой. Она ему нравилась, вот только Ван дер Трост нисколько не вязался с его представлением о графе де Треворе!

Откуда у этого человека такой интерес к Кермолу? Этот производитель цемента намеревается приобрести руины старинного замка, чтобы удовлетворить свое тщеславие. Какова же истинная причина этого?

— Я уезжаю, мой юный друг.

Без Козыря вернулся к действительности.

— Простите, я задумался.

Они были уже у южного фасада. «Бентли» ждал под окнами Жауанов.

— Передайте привет вашим родителям.

— Непременно.

— Спасибо.

Ван дер Трост подошел к лимузину. Генрих, человек с лицом робота, уже стоял у дверцы — фуражка у груди, ноги по стойке «смирно»… Взгляд Без Козыря упал на блестящие пуговицы его мундира, и мальчик чуть не вскрикнул.

Дверца машины тихо закрылась. «Бентли» плавно двинулся в путь. Ван дер Трост помахал Франсуа рукой.

Может ли такое быть? Без Козыря пошарил в кармане и вынул пуговицу