Нити истории
Страница 1

В этот день, после обеда, Джорджо показал мне на чертеже корпуса подводной лодки ту часть, которую он уже осмотрел. Чарли приготовила кофе, и мы сидели, потягивая дешевый местный бренди.

Океанская подводная лодка – очень большое судно. Ее водоизмещение превышает тысячу тонн, в длину она более трехсот футов. Не удивительно, что крестиками была зачеркнута, как уже осмотренная, только незначительная часть изображенного на чертеже. Джорджо поднял на поверхность немного: пару очков с красными линзами, коробку с надписью «Первитин» – немецкий аналог таблеток дезоксифедрина и три карты Испанского побережья, составленные германским адмиралтейством.

Они заинтересовали меня больше всего, поскольку на одной из них стандартного образца, принятого германским адмиралтейством, в углу чья-то рука написала шариковой ручкой цифры: число 127342 умножалось на 9748, внизу стоял правильный ответ.

Карты выцвели, порвались и смялись от долгого нахождения под водой; датировались они 1940 годом и с тех пор по логике не могли видеть света, а надписи были сделаны шариковой ручкой!

Джорджо закончил осмотр левого борта отсека пульта управления и далее, вдоль левого борта, офицерских кают. Потом шел кубрик, но прежде, чем приступить к осмотру этой части, мы решили проверить правый борт отсека пульта управления и только затем двигаться дальше.

Джорджо предсказывал, что правый борт будет более сложным. Переборка, отделявшая отсек пульта управления от офицерских кают, сместилась, что привело к разрушению пола у входа по обе стороны переборки. Под полом виднелись брошенные в беспорядке сломанные ящики из-под артиллерийских снарядов, раздавленные баллоны со сжатым воздухом и толстый слой масла, все еще различимый в разбитых емкостях с горючим. Полный осмотр должен включать проверку документов, очистку грязных обломков железа голыми распухшими руками, мягкими от длительного пребывания под водой. Не удивительно, что Джорджо оставил это на самый конец в надежде, что мы найдем то, что нам нужно раньше, чем придется переходить к правому борту.

Дни совместной работы сблизили этих троих, и я почувствовал себя до некоторой степени посторонним, когда они стали травить разные байки и поддразнивать Чарли, которая умела удерживать их на расстоянии.

– .Этот человек – миллионер, – рассказывал Джорджо. – Я учу его плавать под водой. «Вам не нужно все это», – говорю я ему, но бесполезно. Он покупает американское снаряжение, резиновый костюм ярко-красного цвета, ласты, лампу для подводного освещения и великолепные наручные часы, тоже для подводного плавания. Покупает ружье со стрелой для подводной охоты, которое, я должен вам сказать, очень меня пугает, и притаскивает все это с собой, так же, как и очень хорошенькую маленькую доску и специальный карандаш, которым можно писать по мокрому. Он погружается в воду с многочисленными вдохами и выдохами, и, когда достигает дна, к нему присоединяется еще один человек. Все, что надето на другом человеке, – это вот такие крошечные плавки. – Джорджо показал размер плавок руками и взглянул при этом на Чарли. – Очень маленькие. И ничего больше. Ни баллона, ни маски, ни ружья, ни ярко-красного резинового костюма, ни специального шерстяного свитера с Шетландских островов. Ничего, кроме маленьких трусиков. Мой миллионер направляется к нему и пишет на своей маленькой грифельной доске: «Эй, что ты тут делаешь? У меня специальное снаряжение, которое стоило шестьсот долларов, а ты ныряешь без всего; как ты рискнул?»

Аудитория напряглась.

– И что же он ответил? – спросила Чарли.

– Он ничего не сказал, – продолжал Джорджо, – в воде нельзя говорить. Он взял маленькую доску со специальным карандашом, для того чтобы писать под водой, прочел то, что там было написано моим приятелем-миллионером, и нацарапал:

«Мама, я утонул!»

– Больше не получишь кофе, – отрезала Чарли.

Однако я начал замечать, что Джорджо не очень беспокоился о кофе, он нажимал на бренди. Ныряльщику нельзя много пить. Термос с горячим вином или бренди для восстановления нормального кровообращения после того, как вы длительное время пробыли под водой, это одно дело, допиваться же до того, что засыпаешь, совсем другое.

Разговор за кофе продолжался. Джорджо рассказал нам о своем дяде.

– Дядя не любил нырять. И никогда не принимал ванну, потому что боялся поскользнуться и упасть, пока однажды все же не решил выкупаться. Он взял большой терракотовый горшок, в который сажают лимонные деревья, заткнул отверстие в дне, налил туда воды, залез и стал мыться. При этом в одной руке держал молоток на тот случай, если все же поскользнется. Тогда он рассчитывал разбить терракотовый горшок, чтобы не утонуть.

Затем Джорджо рассказал нам о водолазном судне «Артильо», о том, как они пытались вывезти золото с корабля «Египет» и как дважды в день устраивали парады и пели фашистский гимн «Джовинецца». Но Джорджо как-то быстро перескочил через описание военных лет, и мы выпили еще кофе, а потом он взялся за вторую бутылку местного бренди и стал обсуждать с Синглтоном технику ныряния. В этот момент в дверь постучали.

Страницы: 1 2

Смотрите также

Способы введения препаратов
Существуют разные способы введения лекарственных средств. 1. Введение лекарства внутрь  – введение препарата в рот (перорально), а именно с кормом, в виде жидкости из спринцовки, через носопищ ...

Рыжие, гнедые, серые, вороные
  Хорошие лошади никогда не бывают плохой масти. Пословица     В сущности, из тех факторов, которые должны влиять на выбор коня, масть — это самый последний. Народные пр ...

Средства управления при переходе к траверсали
1. Начало упражнения с полуодержки. 2. Средства управления на повороте. 3. На короткий момент приведение лошади в положение плечом вперед, чтобы избежать забрасывания вперед задних ног. 4. Начало ...


Copyright © 2010 - All Rights Reserved - www.horselifes.ru