Horse Lifes

У нас в семье два коня, спевшихся до такой степени, что они не только перенимают друг у дружки все хулиганские выходки, но и нередко вместе придумывают новые. Конечно, мы не могли их разлучить (нам и самим в этом случае пришлось бы разрываться). Итак, на шести сотках в центре дачного поселка, состоящего из таких же густо натыканных участков, нам предстояло создать всю конюшенную инфраструктуру на две персоны.

Летняя конюшня не бог весть какое сооружение: утепление не требуется, нужна лишь защита от дождя и ветра. И вот мы с женой идем в ближайший магазин туристических товаров с целью купить шатер достаточных размеров — вроде тех, в которых в парках продают пиво и бутерброды. Глядя на эти хлипкие конструкции, мы живо представляем такую картину: купол падает с подогнувшихся стоек на головы лошадям, и все это полотнище начинает дикими прыжками скакать на восьми ногах вокруг дома. Да, кажется, придется начать со строительства.

Теперь, приходя в конюшню, мы смотрели на наших безобразников новыми глазами: как они чешутся о кирпичи, как заваливаются ногами на стены, где грызут доски и проламывают пол. Становилось ясно, что, по крайней мере, каркас, несущие элементы должны быть сделаны без ошибок. Забегая вперед, скажу, что сарай, который мы сколотили за несколько выходных дней, был испробован и на прочность, и на вкус. Он с честью выдержал испытания, хотя иногда дело доходило до локальных разрушений: снятая с петель дверь (отбивались от мух), проломленная обшивка стены (валялись в опилках), подкоп под стеной (искали съедобные корешки), раздавленная настенная кормушка (тщательно вылизывали остатки ужина).

С кормами, сеном и подстилкой все организовалось без особых проблем: мы взяли их из города. Правда, пришлось сперва приделать к машине фаркоп и одолжить у друзей прицеп. Зато первые пару недель мы не знали проблем с фуражировкой. Потом, когда обжились, и дни потекли ровной чередой, у нас появилось время на то, чтобы накосить травы, съездить на пилораму за опилками или в город за кормами.

Вообще лошади делают дачную жизнь определенной и размеренной. Для кого-то это может быть обременительно: нельзя поддаться ленивому желанию пролежать весь день на пляже. Зато сколько удовольствия видеть по утрам тянущиеся к вам морды! Кричать «Подъем!» не надо: кавалерия часов с шести утра находится в полной боевой готовности к завтраку. Каждого, кто проходит мимо них в этот ранний час (накануне ели арбузы), встречают нетерпеливым повизгиванием. В девять, как ни сладок сон, нужно выбираться из постели; зевая и поеживаясь от утренней прохлады, поднести бойцам по ведру воды, намешать каши, подать травы. Пока звери заняты — самое время ликвидировать последствия их ночных развлечений: зарыть подкопы под стены, собрать разбросанное сено, обругать обжор — морально всыпать им по первое число за изжеванные и запачканные попоны, которые теперь едва ли можно зашить, и, конечно, очистить денники от навоза. Короче говоря, час работы — и аппетит к завтраку вам гарантирован.

Не знаю, видит ли читатель в описанном хоть что-нибудь романтичное. Лично мне лошади неизменно напоминают мне о времени, когда и небо было выше, и трава зеленее».