Horse Lifes

Монкрифф кивнул. Я продолжал:

– Сцену мы завершим, как только Нэш выедет за ворота. Я надеюсь, что нам не придется переснимать много раз, но, когда все получится как следует, группа может ехать и заниматься своими обычными упражнениями, а Нэш вернется и спешится. Мы собираемся повторить все это в субботу. Нам нужен будет другой вид из окна жены, другой жакет и прочее на Нэше и грумах. Нам понадобится снять крупным планом копыта, ступающие по гравию, и все в таком духе. Монкрифф кивнул.

– А в воскресенье?

– Народ из Жокейского клуба в этот день даст нам отдохнуть от гонки, потому что в воскресенье лошадей почти не тренируют. Мы с тобой в субботу поездим по дорогам с картой и посмотрим, где разместить камеры. Я уже знаю, где лучше поставить их.

– Ты и должен знать, если рос здесь.

– Хм… После полудня в воскресенье лошади отправляются на Хантингдонский ипподром. Я молю, чтобы нам досталось три ясных утра.

– А если будет дождь?

– Если просто поморосит, мы будем продолжать съемки. Лошадей выводят в любую погоду, знаете ли.

– Ты не говорил.

– Завтра вечером, – сказал я, – мы снова будем снимать в помещении, в следственном кабинете, как сегодня. План, который все получили, остается прежним. Больше диалогов между Сиббером, Нэшем и прочими. Кроме широкого общего плана, надо будет дать побольше коротких взглядов крупным планом на то, как они говорят. Обычный прием. Мы завершим съемки Нэша первыми. Если остальные будут не слишком сбиваться с текста, возможно, прогоним большинство сценок завтра. Иначе нам придется и это перенести на вечер субботы.

– О'кей.

Я поднялся в свою комнату, чтобы позвонить, как было условлено, О'Харе в Лондон.

– Как сцена в Жокейском клубе? – немедленно спросил он.

– Нэш всех потряс.

– Это хорошо.

– Я думаю… ну, просматривать это мы будем завтра… но полагаю, это была такая игра, что у всех рты раскроются.

– Славный парень.

– Да, он такой.

– Нет, я имел в виду… Ну, неважно. Как все остальное?

– Все в порядке, но… – я сделал паузу, – нам нужна более точная концовка.

– Согласен, предлагаемая развязка слишком расплывчата. У Говарда есть идеи?

– Ему нравится расплывчатая концовка.

– Нажми на него, – посоветовал О'Хара.

– Да. Хм, а ты знаешь, что он взял за основу своей книги некролог о человеке, которого он назвал Сиббером? Его настоящая фамилия Висборо. – Я произнес это по буквам, как сделал это Говард. – Ты не можешь раздобыть мне копию этого некролога? Он был опубликован в «Дейли Кейбл», как утверждает Говард. Некролог должны были поместить не менее трех лет назад. Говард не знает, кто написал его. Он не интересуется подобными вещами. Он просто сказал, что некролог и особенно его незавершенность подвигла его воображение на написание книги.

– Что-то ты мало просишь!

– У «Дейли Кейбл» должна быть библиотека подшивок. Ты, несомненно, сможешь найти этот некролог. Перешли, пожалуйста, мне копию по факсу в «Бедфорд Лодж». Если я буду точно знать, что заставило работать воображение Говарда, возможно, я смогу помочь ему найти потрясающую развязку.

– Ты получишь этот некролог завтра, – пообещал О'Хара.

– Благодарю.

– Как твой друг? – спросил он.