Мы отправляемся на остров
Книги и прочее / Лошадиный остров / Мы отправляемся на остров
Страница 4

Как я уже сказал, у Пэта был старший брат Джон. Лучшего парня не было тогда на Инишроне. Ему шел двадцать четвертый год, был он шести футов росту, смугл и черноволос, как Пэт. Он был самый старший в семье, и для Пэта с сестрами, Норой и Мэри, солнце, луна и звезды были ничто по сравнению с Джоном. Я рос один, но понимал, что родные так могут любить только очень хорошего человека. Где бы ни появлялся Джон, затевались игры, веселье, песни и танцы. Он играл на мелодионе, знал все на свете песни, мог за два дня сплести из ивняка лодку и обтянуть ее кожей. Если он участвовал в состязании гребцов, никто из его соперников не мог и мечтать о победе. Он приносил с ловли столько омаров, что люди говорили: он их привораживает, не иначе. У него всегда находилось доброе слово для человека, попавшего в беду, и он никогда никому не отказывал в помощи.

Стоит ли говорить, что такому парню нетрудно было найти девушку, которая согласилась бы стать его женой. Выбор его пал на Барбару Костеллоу. Отец Барбары был хозяином большого магазина в Росморе. Конечно, инишронцам пришлось бы больше по душе, выбери Джон местную девушку, но и против Барбары они ничего не имели и радовались ее счастью. Все мы хорошо ее знали и были готовы как можно лучше встретить на нашем острове. Говорили, что она очень походит на мать, добрую, сердечную женщину родом из Килмэрвея на Аранах.

Но зато отец Барбары был маленьким, желтым, скрюченным человечком, злобным и жадным. Про него говорили, что он рад бы брать деньги с прохожих, идущих мимо его окон. В окрестностях Росмора у него была ферма, расположенная на плодородной земле, что в тех местах редкость. Не брезговал он и тем, что ссужал соседей деньгами под большой процент на свадьбу, похороны или в неурожайный год для уплаты аренды.

Старик был, разумеется, против помолвки дочери с Джоном. Он говорил, что у Конроев своих четверо детей и в их доме Барбаре будет тесно. Он хотел выдать Барбару замуж за старого ростовщика, живущего неподалеку от Клифдена. «Вот это человек надежный», — говорил он.

Тогда-то и пришла Пэту в голову одна мысль: он решил собирать у инишронцев шерсть, которую они стригли с овец, возить ее на продажу в Голуэй, накопить денег и построить дом для Джона и Барбары назло жадному старику. Была в этом деле и еще одна сторона. Инишронцы были людьми скромными и малообщительными; впрочем, они и сейчас таковы. Шерсть у них до сих пор скупал Майк Коффи. Платил он деньгами или товарами, но всегда назначал очень низкую цену. А в Голуэе сбывал эту шерсть втридорога. Считалось, что мы ничего этого не знаем. Однако до нас доходили слухи, что цены на шерсть в последние годы сильно выросли. А Коффи назначал за шерсть все ту же низкую цену, что установилась в голодный год.

И Пэт решил обойтись без Майка Коффи. Он продаст шерсть за ее настоящую цену, почти все вырученные деньги отдаст хозяевам и немного оставит себе как плату за хлопоты. Он придумывал разные планы, и все они были разумные и справедливые. Со временем, мечтал он, жители всех островов будут отдавать ему всю шерсть, и его предприятие будет от года к году расти. Он клялся, что никогда не будет бесчестным, жирным и алчным.

Когда Конрои в очередной раз отправились в Голуэй, Пэт тоже поехал. Он решил повидать самого крупного скупщика шерсти в Голуэе мистера Каррена. Это был толстенький коротышка с лицом, смахивающим на баранью морду. В его конторе сильно пахло немытой овечьей шерстью. Пэт рассказывал потом, что одет он был в черный костюм, на круглом животике лежала, образуя две петли, золотая цепочка, костюм и шляпа были усеяны шерстинками. Он не засмеялся над затеей шестнадцатилетнего парнишки — семья Конроев была известна в наших краях своим трудолюбием и честностью. Поговорив с Пэтом, он обещал покупать у него шерсть. И мы с Пэтом пошли по соседям, кто держал овец.

Конечно, в это время года новой шерсти еще не было. Но у многих инишронцев где-нибудь на чердаке или в кладовке хранились еще остатки прошлогодней шерсти, которую они уже не чаяли сбыть. И они охотно отдали нам эти остатки, даже уговаривать не пришлось. Но важнее всего было то, что они пообещали Пэту чистую, новую шерсть после стрижки.

Я всюду ходил вместе с Пэтом. Помню, как мы гордились и радовались, когда собрали много шерсти. Упаковав ее в тюки и погрузив в лодку, мы отплыли в Голуэй. А когда Пэт получил за нее ровно столько, сколько шерсть стоит в это время года, мы даже глазам своим не поверили. На другой день мы пошли отдавать хозяевам шерсти вырученные деньги. Слова благодарности и признательности провожали нас от двери к двери. А старик Пэтчин Руа из Темплини, пряча деньги в коробочку от чая, рассказал нам старинное предание о двух юношах, которые верхом явились из морской пучины и вернули островам их былое благоденствие. Весь тот вечер мы сидели у камина в доме Конроев и, как два котенка, мурлыкали от удовольствия, а соседи то и дело заглядывали на огонек, чтобы еще раз поблагодарить нас. На каминной полке в одной из фарфоровых собак лежало семь фунтов шестнадцать шиллингов и три пенса — выручка Пэта.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Смотрите также

Диагностика беременности крольчих.
Анатомия и топография половых органов крольчих. Характерной особенностью половых органов крольчих заключается в наличии у них двух самостоятельных маток, открывающихся двумя шейками (рис. 50). Об ...

Некрасивых лошадей нет
  Неказиста кляча, да на бежь хороша. Русская поговорка     Утверждение верно, за исключением совсем уж явных дефектов экстерьера, вызванных, к примеру, рахитом. Выбирая ...

Преграды и препоны
  Скажешь «гоп», как перескочишь. Украинская народная мудрость     При езде по пересеченной местности вам придется преодолевать ручьи и броды, овраги, спуски и подъемы, ...


Copyright © 2010 - All Rights Reserved - www.horselifes.ru