Маленькая белая лошадка в серебряном свете луны
Книги и прочее / Маленькая белая лошадка в серебряном свете луны
Страница 7

– Ей шестьсот лет, – радостно сказал сэр Бенджамин. – Построена в тринадцатом веке Рольвом Мерривезером, оруженосцем короля Эдуарда I и основателем нашей семьи, на землях, пожалованных ему королем в награду за геройское поведение в битве. В нашей семье мы, мисс Гелиотроп, мы пишем Рольв через «в», потому что мы происходим от викингов и великих воинов.

– Да, – вставила мисс Гелиотроп, – когда Мария была маленькой, ради того, чтобы она съела рисовый пудинг, разыгрывалось целое сражение.

– Вы назвали собаку, пришедшую из соснового бора, в честь этого Рольва? – спросила Мария. Она на секунду задумалась прежде, чем назвать это громадное создание, что было в зале внизу, собакой, потому что ей как-то не верилось, что это на самом деле собака.

– Именно так, – ответил сэр Бенджамин. – Предание утверждает, что Рольв Мерривезер был рыжеволос, а у пса Рольва, как вы могли заметить, тоже рыжеватая грива.

– Да, я заметила, – отозвалась Мария. Сэр Бенджамин остановился перед дверью. – Тут, леди, я вас оставляю. Это комната мисс Гелиотроп, она находится над гостиной. Комната Марии еще выше, прямо на верхушке башни. – Он поклонился им, и неся в руке свечу, начал спускаться вниз.

Увидев свою комнату, мисс Гелиотроп испустила вздох облегчения, она-то думала, что ей придется спать на соломе, брошенной на пол, устланный тростником. Это была небольшая комната с дубовым полом, покрытым малиновым ковром, ковер был потертый и с большой дырой, но это был ковер, а не тростник.

Там была большая кровать с пологом, к которой вели ступеньки, а полог был сделан из малинового бархата и крепился на четырех столбиках. Там был изогнутый на манер лука комод

красного дерева с выдвижными ящиками, огромный красного дерева платяной шкаф, туалетный столик обитый ситцем с оборочкой внизу, кресло с подголовником и скамеечкой для ног. Каменные стены были обшиты панелями из теплого темного дуба, а окно было плотно закрыто ставнями и занавешено ситцевыми занавесками. Занавески нуждались в штопке, но мебель была хорошо отполирована и тщательно вычищена.

Кто-то, похоже, позаботился о ней, потому что большой камин ярко горел, на комоде и туалетном столике были зажжены свечи, а между простынями лежала грелка. Их багаж был уже здесь, аккуратно поставленный рядом с кроватью.

Но Мария не задержалась в комнате мисс Гелиотроп. Она только убедилась, что та счастлива, тихо удалилась со своей свечой и направилась вверх по винтовой лестнице, все выше и выше, дальше и дальше. Ее собственная комната! У нее никогда не было собственной комнаты. Она всегда спала с мисс Гелиотроп, и любя ее, не возражала против этого, но все же, особенно в последнее время, ей казалось, что неплохо бы иметь свою собственную комнату.

Винтовая лестница кончалась дверью такой маленькой, что крупный взрослый не смог бы туда войти. Но она была как раз для худенькой девочки тринадцати лет. Мария остановилась и с бьющимся сердцем поглядела на маленькую, низкую, узкую дверь, которая, казалось, была сделана специально для нее, хоть ей и было, наверно, много сотен лет. Если бы она выбирала себе дверь, она выбрала бы именно такую. Это была скорее дверь дома, чем дверь спальни, дверь дома, который принадлежал только ей. Она была сделана из серебристо-серого дуба с серебряными гвоздями, и к ней была прибита самая маленькая и изящная подкова, которую только видела Мария, отполированная до блеска, так что она сияла, как серебро. Глядя на нее, Мария внезапно подумала о прелестной маленькой белой лошадке, которую, как ей показалось, она видела в парке. Она тогда сказала о ней мисс Гелиотроп… только та ее так и не увидела… Дверь открывалась серебряной ручкой, которая, когда Мария ее повернула, скрипнула так по-дружески, как будто приглашала войти.

Она вошла, закрыла за собой дверь, осторожно поставила свечу прямо на пол, повернулась спиной к двери и смотрела, смотрела, пока губы ее не раскрылись, обычно бледное личико не порозовело, а глаза не засияли, как звезды.

Перо не может полностью описать восхитительное очарование и красоту ее комнаты. Она помещалась на верхушке башни, а башня была круглая, поэтому и комната была круглая, не слишком большая и не маленькая, самого подходящего размера для тринадцатилетней девочки. В ней было три окна, два узких сводчатых и одно широкое, с широким же подоконником в толще стены. Занавески не были задернуты, и в окна она видела звезды. На всех подоконниках стояли прекрасные серебряные подсвечники, в каждом горело по три свечи.

Страницы: 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Смотрите также

Из Франции с любовью
Даже чопорная и чуждая всяческих предрассудков Европа не избежала стремления принарядить своих лошадей. Ежегодно, начиная с XVII века, в небольшом прованском городке Сен-Реми проводится красочное ше ...

Принимание на галопе
Принимание на галопе - движение вперед-вбок на траверс-галопе. Как и принимание на рыси, принимание на галопе выполняется как полные траверсали, полутраверсали, двойные полные и двойные полутраверса ...

Кормовые отравления
Кормовые отравления у лошадей – это отравления ядовитыми растениями, наблюдаемые чаще в пастбищный период и реже в стойловый при скармливании сена, сенажа, силоса, а также химикатами и другими соед ...


Copyright © 2010 - All Rights Reserved - www.horselifes.ru