Заброшенная фабрика
Книги и прочее / Лошадь без головы / Заброшенная фабрика
Страница 3

Видимо, до закрытия фабрика работала в полную силу: кругом стояли кадки с коллодием и полузасохшей бумажной массой; верстаки, покрытые разноцветными ленточками и золотой фольгой; на стенах висели щиты, на которых гримасничали маски, а на забрызганном краской полу валялись целые вороха блесток и серпантина. Производство карнавальных принадлежностей прекратилось еще до войны, в печальный год финансового кризиса, но эти остатки прошлого не вызывали никакой грусти у детей с улицы Маленьких Бедняков.

Габи напялил на себя свиную голову и взял в каждую руку по картонному пистолету. Он не испугался, когда из коридора появился лев на маленьких ножках, с тоненьким воротничком из бумажного кружева.

— Кто это? — спросил он льва.

— Это Мели, — ответил лев жеманным голоском.

Фернан вдруг очутился лицом к лицу с феей в черной бархатной полумаске, в старинном головном уборе и с колбасой в руках вместо волшебной палочки.

— Это Марион! — засмеялся он. - Я вижу твои светлые глаза. Они тебя всегда выдают…

Татава интересовали только дудочки. Как только он находил дудку, издававшую надтреснутые звуки, он взбирался на верстак, надувал толстые щеки и угощал своих друзей песенкой, не имевшей ни начала, ни конца. Иногда проходили поезда; их грохот заглушал его слабенькую музыку, тонкие стены фабрики глухо дрожали; потом шум поезда замирал в отдалении — тогда хриплая флейта Татава опять звучала в наступившей тишине, вторя топоту ребят, перебегавших из одного цеха в другой.

Крикэ Лярикэ громко вопил, требуя, чтобы его наградили орденом Большого Зеленого Тюрлютютю первой степени, и становился во фронт. Жуан надевал ему на шею шнурок из гофрированной бумаги, на котором висела огромная белая оловянная звезда, три девочки поочередно производили награжденного в рыцари, и Зидор ударял его плашмя саблей по плечу. Однако посвящение требовало еще одного обряда: Крикэ Лярикэ поворачивался кругом по-военному, наклонял голову, и при одобрительных возгласах присутствующих Габи отвешивал ему удар ногой пониже спины.

Про лошадку почти забыли.

Высоко задрав хвостик, держа в зубах длинную гусеницу из красной газовой материи, в играх принимала участие и Фифи.

Товары на фабрике были сложены в большом темном помещении, которое было отделено от цехов решетчатой перегородкой. Пройти туда можно было только в сопровождении Габи, который не хотел, чтобы ребята все растащили, а главное, боялся, как бы по чьей-нибудь неосторожности не случилось пожара. Так веселились три вечера подряд. При дрожащем мерцании свечи старшие тщательно осматривали шкафы, полки и груды ящиков, сложенных рядами вдоль перегородок. Чего там только не было! Смешные шляпы, игрушки, тещины языки, которые Зидор внезапно запускал кому-нибудь прямо в нос с расстояния в два метра, или букеты, которые Берта Гедеон заставляла распускаться, дуя в толстую сигару.

Марион принимала в поисках активное участие. Ее кошачьи глаза все видели в темноте. Передвигая ящики, она заметила в глубине склада дверь, которая вела в чуланчик, видимо ранее служивший раздевалкой. Она его обследовала на ощупь, но не нашла ничего, о чем стоило бы сообщить другим. Случайно тут же появился Бонбон. Он высоко держал огарок, освещавший его смышленую, любопытную рожицу. Марион схватила его за руку.

— Не надо туда идти, — сказала она мягко, но тоном, не допускавшим возражения.

— Нет? — спросил малыш, поднимая на нее удивленные глаза.

— Нет! — повторила Марион, уводя его. - И не спрашивай почему…

Когда Марион решительно говорила „нет“, никто не решался ослушаться. Сам Габи никогда ничего не предпринимал, не обменявшись взглядом с этой умной девочкой: она была совестью всей компании.

Возвращались поздно вечером, спотыкаясь в воронках, которые остались со времен войны. Надо было вновь проходить мимо Черной Коровы, похожей в темноте на чудовище, присевшее на задние лапы. Это не пугало старших, но малыши замолкали на этом месте и бежали, дрожа от страха.

— Нечего бежать так быстро! — громко смеялся над ними Габи. - Корова вас не съест…

И Черная Корова начинала заунывно звенеть над градом камней.

В котле паровоза была огромная трещина. С передней площадки можно было легко пробраться внутрь. Днем не было страшно, и ребята уже не раз рвали свои штаны и юбки, залезая Корове в брюхо. Однако ночью никто на это не решался.

Накануне вечером, когда они проходили мимо мрачного заржавевшего паровоза, Зидор бросил вызов, на который никто не откликнулся.

— Отдаю свою долю картошки тому, кто пойдет осмотреть котел! — крикнул он.

Татав, Габи и Жуан громко рассмеялись, но вызова не приняли.

А Марион, шагавшая на некотором расстоянии, внезапно закричала:

— Зажгите-ка мне свечку! Посмотрю, нет ли там кого!…

— Не дури! — запротестовал Габи. - Зидор пошутил…

Страницы: 1 2 3 4 5

Смотрите также

Столбняк
Столбняк – острая раневая инфекционная болезнь животных и человека, характеризующаяся выраженной рефлекторной возбудимостью и судорожными сокращениями мускулатуры тела. Особо восприимчивы лошади и м ...

«Средний приз № 2»
№ п/пУпражненияЗамечания1Въезд на собранном галопе. Остановка, неподвижность, приветствие. Продолжение собранной рысью.Всадник сам выбирает: въезжать ли ему галопом с правой ноги или с левой ноги. ...

Плац — не роскошь
  В нашем климате часто бывает так, что грунт в полях и в лесу не позволяет ездить верхом даже шагом (гололед, слякоть, сугробы). Поэтому иметь хотя бы небольшой плац на своем участке или по ...


Copyright © 2010 - All Rights Reserved - www.horselifes.ru