Horse Lifes

— Вот и ты наконец! — воскликнула мать, целуя его. - Мы уже начали беспокоиться. Отец тебя всюду ищет. Что случилось?

— У нас украли лошадь, — пробормотал Фернан, широко раскрытыми глазами разглядывая лошадиную голову.

Не успела исчезнуть сама лошадь, как появляется в доме ее отрезанная голова.

— Отец принес эту мерзость, — объяснила мадам Дуэн, следя за взглядом сына. - Он заходил сегодня к старому Бляшу по дороге с работы…

Она обернулась, услышав звук поворачивающегося в замке ключа. Дуэн обрадовался, увидев сына дома, но на его добром лице было заметно и некоторое неудовольствие.

— Не надо было поднимать всю эту кутерьму, не посоветовавшись с нами, — сказал он Фернану. - На что это похоже: идти беспокоить инспектора Синэ из-за старой картонной лошади, у которой даже головы нет! Вы ее, конечно, любите, но нельзя же беспокоить полицию по пустякам. На все существуют свои правила. Теперь все будут смеяться над нами…

— Эти два негодяя неспроста стащили у нас лошадь, — сердито возразил Фернан. - Не из-за этой игрушки дрались они с нами…

Сам того не подозревая, он нащупал истинное значение этого на вид простого случая. Он повторил то, что пришло на ум его отцу после разговора со старым Бляшем и чего не понимал инспектор Синэ.

Мать Фернана потребовала, чтобы ей подробно рассказали всю историю, и громко возмущалась:

— Ну вот, уже воруют игрушки у бедных детей… Стыд-то какой! Если об этом написать в газетах, никто не поверит… Вот уж действительно! Есть же люди без сердца!…

Фернан лег спать сразу после ужина и долго не мог заснуть. Он лежал в темноте с открытыми глазами, и его неотвязно преследовали надоедливые свистки поездов, проникавшие через тонкие стены комнатки. В тот же самый час в восьми других домах его товарищи задавали себе те же волнующие вопросы, восстанавливая в памяти все мельчайшие подробности события. Но лошадь уходила от них все дальше и дальше.

А в соседней комнате утомленный Дуэн чувствовал, что его горячее желание помочь детям остывает.

— Как ты думаешь, полицейские что-нибудь сделают? — спросила его жена.

— Не знаю. Если они ее не найдут, жалко, конечно. Но, с другой стороны, эта лошадь уже начала действовать мне на нервы…